[ARM]     [RUS]     [ENG]

Я ЖИЛ В ГОРОДЕ ШУШИ

(Продолжение)

 Мой отец, Мовсес Аракелович Юзбашян, родился в 1845 году. В Шуши его называли  Мовсес Бек.  У моего отца было начальное образование. Он хорошо говорил и писал по-русски. Всю жизнь работал в Капане.  Он был директором компании, которая перевозила медь из Капана в Шуши, а кокс - из Шуши в Капан. Я помню, как  нагруженные медью лошади, ослы и верблюды входили в наш двор. Дома у нас был сарай для меди. Затем медь грузили в конные повозки  для перевозки в Евлах, а из Евлаха в Москву. Большая семья моего отца считалась зажиточной. Отец зарабатывал 4000 рублей в год. У него не было ни накоплений, ни акций. Все деньги он тратил на семью. Особое значение он придавал образованию. Три моих брата: Никита, Симон и Исаак получили образование в Германии. Отец отправил на учебу в Берлин и  свою дочь Сару – жену  Григора Сагяна. В Шуши не понимали, как можно отправить девушку в Германию одну, но Сара училась очень хорошо, она окончила третью гимназию в Шуши с золотой медалью и знала немецкий язык еще до  отъезда в Германию.

В 1913 году отец и мать поехали в Германию и Швейцарию навестить своих детей. Помню, чтобы получить загранпаспорта, отец отдал Саркису, живущему у нас во дворе, свой паспорт и паспорт жены и еще 4 рубля и послал в отделение полиции. Вот так все было просто.

Мне и  сестре привезли швейцарские часы из Германии. В Берлине, когда их разместили в купе с Сарой, Сара осталась стоять, а возле отца сидел мужчина. Мой отец сказал дочери  по-армянски: «Сара, родная моя, если бы этот осел, сидящий рядом догадался, то уступил бы тебе место». 

И вдруг мужчина встал и сказал: «Простите, господин, хотя вы называли меня« ослом», я с радостью уступаю свое место девушке». ՚ Мой отец часто рассказывал об этом в Шуши и всегда говорил: «Откуда мне было знать, что между Эной и Берлином я встречу армянина?».

Это была сказка, которая длилась годами и исчезла в один день… От моего  Шуши остались только развалины.

Мой брат Ованес окончил политехнический институт в Риге, вернулся в Шуши в 1912 году, помогал отцу, часто ездил в Капан. Его жизнь, за исключением лет, проведенных в Шуши, прошла в одиночестве. В 1915 году он женился на Ашхен Степанян, которая, по-моему, вышла замуж по расчету, будучи уверенной, что мы богаты. Ашхен Степанян приехала в Шуши в 1913 году, чтобы дать концерт в летнем театре. У нее был хороший голос.  Жила в нашем доме. Она хорошо знала Сару, думаю, это она пригласила Ашхен. Мои братья крутились подле нее, особенно Ованес. Она часто пела, и многим романсам я научился у нее.  Это было очень счастливое лето. Ованес и Ашхен поженились и уехали в воинскую часть, где служил мой брат. Потом Ашхен стала часто ездить в Тифлис, наверное, потому что у нее была связь с кем-то, по этому поводу в нашей семье ходили слухи… В 1915 году Ованес и Ашхен развелись. Развод тогда должен был разрешить Эчмиадзин. Затем, в 1920 году, Ованес женился на Соне Шахназаровой, которую знал давно. Нашей семье Сона сразу понравилась. Но она умерла, когда ее новорожденной дочери Нине был один месяц. Это была первая смерть в нашей семье, которую я помню. После этого было много смертей. Все по очереди стали покидать этот мир: отец, мать, братья, сестры. Ованес женился еще два раза, умер в Москве, похоронен во дворе армянской церкви.

 

Егиш болел туберкулезом и лечился после окончания реального училища.  Отец отправил его в Швейцарию на лечение в знаменитый курорт в Давосе. Моя сестра Анна окончила неполную среднюю школу в Шуши, после чего у нее не было возможности продолжить образование, так как она помогала матери заботиться о нашей большой семье. Очень хочу рассказать о замужестве Анны. Она в 19 лет вышла замуж за очень богатого человека из Тифлиса. В Шуши прошла большая свадьба. Свадебная церемония состоялась в театре Хандамирова. Там справляли свадьбы все богатые люди. Мужа Анны звали Аршавир. Выяснилось, что  Аршавир болел туберкулезом и через два месяца после свадьбы умер в Тифлисе. Отец поехал в Тифлис и привез дочь обратно в Шуши. Это было в 1896 году. Второй брак Анны и дальнейшая жизнь дались нелегко. В 1901 году в Шуши Анна познакомилась с Тиграном Агамаляном, учителем математики в Шушинской семинарии. Автором всех фото в нашем семейном альбоме является Тигран. Благодаря его фотографическому таланту, многие снимки города Шуши до погромов 1906 года и после - сохранились. Не знаю у кого жил Тигран, но жил плохо.  Он был членом партии дашнаков и постоянно был в бегах. Брат рассказывал, что отец дал сестре две тысячи рублей и разрешил им пожениться.  Они жили в нашем доме, в большой комнате, которую мы называли «Комната Анны». Муж сестры Тиграна Рипсиме был владельцем Шушинского театра, у Хандамиряна была также водяная мельница.  В 1906 году сгорели театр, мельница и дом, где они жили. Позже семья Никиты Хандамирова переселилась в Тифлис и жила в Авлабаре. В Тифлисе Хандамиров часто бывал в нашем доме с сигарой во рту. Жили они плохо. Никита Хандамирян говорил, что раньше курил гаванские сигары, а сейчас – за две копейки. Его семья была большой.  Авраам, один из его сыновей, преподавал в третьей мужской гимназии, где я учился. Помню одно из выражений Никиты Хандамиряна, которое стало крылатым в нашем доме. Мой брат Егиш заболел, у него сильно болели мышцы, и он плакал от боли. Пришел Хандамирян, увидел его плачущим и сказал: "Ты человек, поэтому должен страдать, так что страдай».

Свадьба Анны и Тиграна прошла в театре Хандамиряна.

В 1902 году у моей сестры Анны и Тиграна Агамаляна родилась дочь  Люся, в феврале того же года родился и я.  У моей 42-летней мамы не было молока. Моя сестра Анна кормила и меня, и Лусик. Моя любимая сестра Анна вырастила четверых детей в тяжелых условиях, продав все свои  бриллианты, оставшиеся от первого брака. Тигран видел семью в промежутках между бегством. Несколько лет они жили в Ереване, затем в Тифлисе - до 1916 года. 

 

Семья Юзбашянов

(Продолжение следует)