[ARM]     [RUS]     [ENG]

ДВИЖУЩЕЙ СИЛОЙ БЫЛ НАРОД

P2200136.jpgСегодня, когда в республике отмечается 25-летие нового этапа Карабахского движения, можно услышать разные,  подчас противоречащие друг другу мнения и оценки относительно одних и тех же событий, деятельности тех или иных лиц и их роли в Движении. Все это порождает кривотолки, искажение действительности, чего следует избегать. А истина в том, что движущей силой национально-освободительной борьбы был народ, о чем всем нам необходимо помнить. И прежде всего во имя тех, кто отдал свою жизнь в этой борьбе. 
11 февраля 1988 года примерно в 12 часов всем ответственным работникам НК областного комитета  партии передали указание  собраться в зале бюро. Обычно о собраниях нас предупреждали  заблаговременно - за день-два, поэтому, естественно, каждый из нас стал анализировать причину столь экстренного сбора.
По мрачному виду вошедшего в зал бюро первого секретаря обкома партии Б. Кеворкова можно было догадаться, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Б. Кеворков  вкратце сообщил, что в последнее время в области проводится сбор подписей за «присоединение», как он выразился, Нагорного Карабаха  к Армении, в Москву направляются делегации из области и что на собраниях трех колхозов приняты решения по этому вопросу. Лиц, обращающихся в союзные инстанции по вопросу воссоединения, он назвал «экстремистами» и «националистами», грозился наказать их в административном, партийном, уголовном порядке и выселить из области. 
Затем Кеворков сообщил, что якобы получена информация из ЦК КПСС - вопрос «присоединения» НКАО к Армении в ЦК КПСС никогда не рассматривался и рассматриваться не будет, а представителей общественности области в союзных органах не принимают и не намерены принять. Он поручил всем выехать на предприятия, в колхозы, совхозы и сообщить об этом. 
В заключение Б. Кеворков патетически произнес: «Костьми ляжем, но присоединения Нагорного Карабаха к Армении никогда не допустим». Вряд ли Кеворков знал, что кроме него никто из сидящих в зале армян не собирается «лечь костьми», а наоборот - каждый из нас мечтал о воссоединении области с Арменией. 
Во второй половине дня в Степанакерт приехали 2-й секретарь ЦК компартии Азербайджана В. Коновалов, заместитель председателя КГБ республики Н. Имранов  и заведующий отделом  административных органов ЦК КП Азербайджана М. Асадов. В тот же день состоялось заседание бюро обкома партии, где Коновалов   подтвердил сообщение Кеворкова. Бакинские власти, имевшие к тому времени опыт подавления освободительных движений армян  НКАО в 20-х годах и особенно в 1967 году, разумеется, надеялись в кратчайший срок расправиться с неугодными «экстремистами и националистами» и на этот раз окончательно и бесповоротно покончить с проблемой НКАО. На 12 февраля было запланировано проведение партийно-хозяйственных активов в Степанакерте и райцентрах области с целью осудить движение за воссоединение, квалифицировать его как националистическое, дело рук отдельных экстремистов и представить выгодные Азербайджану решения активов политическому руководству страны, задушить народное движение. 
На активе, состоявшемся в г. Степанакерте, высокопоставленные «гости» из Баку называли сторонников воссоединения «экстремистами» и «националистами», угрожали расправиться с неугодными лицами. Но, к удивлению бакинских эмиссаров, актив осудил политику Азербайджана и высказался за воссоединение с Арменией. Первым смельчаком, подвергшим аргументированной критике антиармянскую политику азербайджанских властей, оказался начальник Степанакертской автоколонны 2718 Максим Мирзоян. Выступавшим после него было значительно легче - был пример непослушания верхам. 
На активе в Аскеране выступил директор совхоза Юрий Исраелян, который потребовал отставки Б. Кеворкова. Редактор районной газеты Комитас Даниелян предложил принять решение в пользу воссоединения. Весь ход актива настолько расстроил планы азербайджанских руководителей, что Коновалов совершенно растерялся и заявил: «Перестройка - это временное явление». Участники актива подавляющим большинством голосов приняли  решение о воссоединении с Арменией. Узнав о происходящем в райцентре активе, тысячи жителей Аскерана и близлежащих сел собрались у здания райкома партии и устроили митинг.
Почти в том же духе прошел актив в Гадруте, где,  как и  в Мартуни, состоялся митинг. Не состоялся актив в Мартуни, так как представителям Баку туда не удалось поехать. 
Всем казалось, что именно здесь, в Нагорном Карабахе, впервые за десятилетия советской действительности отказал надежный рычаг административно-командной системы - актив. В стремлении подавить в зародыше движение армянства НКАО за воссоединение с Арменией, руководители Азербайджана пустили в ход угрозы, запугивание, шантаж, словом, весь тот арсенал, который десятилетиями «спасал» устои власть имущих. Однако тем самым они заметно ускорили ход событий, которые вскоре стали известны всему миру как «события в Нагорном Карабахе и вокруг него». Шел третий год объявленной в стране перестройки...
На следующий день, 13 февраля 1988 года, к 11 часам в Степанакерт на площадь имени Ленина со всех концов города стали стекаться люди. Второй секретарь обкома партии В. Богословский предложил ответственным работникам выйти к народу и уже на площади поручил «зайти с тылов и заставить народ разойтись». Все оказались «исполнительными» и, пройдя в задние ряды, слились с участниками митинга. Среди митингующих были и азербайджанцы, которые в то время также высказывались за воссоединение с Арменией, считая, что в составе Армении повысится уровень жизни населения области. Растерянный В. Богословский уговаривал людей разойтись, но  тщетно, когда же стал пробиваться сквозь гущу народа, то наткнулся на портрет Горбачева и совершенно растерялся. К чести второго секретаря, он оказался единственным руководителем обкома, который вышел к  митингующим. Кеворков, Коновалов и приехавшие с ним «гости», привыкшие принимать с трибун «праздничные шествия трудящихся», были шокированы митингом и трусливо созерцали происходящее из-за штор окон третьего этажа здания обкома партии. Выступившие на митинге А. Карапетян, Г. Афанасян, А. Агасарян, С. Арушанян обрушили критику в адрес правительства Азербайджана, потребовали отставки Кеворкова и высказались за воссоединение области с Арменией. Здесь впервые прозвучало слово «Миацум». У демонстрантов были портреты Горбачева, Громыко и других членов Политбюро. Участники митинга скандировали «Миацум», лозунги за перестройку, гласность, дружбу народов, в поддержку М. Горбачева и ленинской национальной политики. Это было начало демократии в Нагорном Карабахе. Похоже, армяне НКАО всерьез поверили в перестройку, гласность и демократию... 
Вечером 13 февраля на заседание бюро обкома партии были приглашены члены бюро Аскеранского, Гадрутского, Мартакертского районов и Степанакертского горкома партии. Заседание проводилось при участии Коновалова, Имранова, Асадова и подоспевших им на помощь секретарей ЦК КП Азербайджана Т. Оруджева и Р. Мехтиева. Вместо беспристрастного анализа сложившейся ситуации и поиска путей выхода из нее эмиссары республики прибегли к грубым нападкам, шантажу и угрозам, о чем рассказывали выходящие после  «обработки» руководители районов. 
В тот же вечер в присутствии секретарей Степанакертского горкома партии Завена Мовсесяна и Гранта Мелкумяна из уст Асадова прозвучала следующая угроза: в область могут войти сто тысяч вооруженных азербайджанцев из соседних районов, и это приведет  к непредсказуемым последствиям. Чувствуя, что республиканскими  властями обстановка сознательно нагнетается, часть работников обкома предложила подать телеграммы союзным органам, однако некоторые, может быть, из чувства страха перед всемогущим Кеворковым, предложили не торопиться. В ночь с 13 на 14 февраля в Степанакертский горком партии были вызваны сотни людей: секретари парткомов, руководители предприятий и учреждений, представители домовых комитетов. За подписью членов бюро горкома в Москву были отправлены телеграммы о том, что ЦК КП Азербайджана, КГБ и МВД республики запланировали на 14 февраля «политическую бойню» в Степанакерте.
Около 9 часов утра Б. Кеворков вошел в зал бюро и без каких-либо  объяснений предложил всем выйти на площадь и буквально попросить народ не проводить митинг и разойтись по домам.  Невзирая на раннее холодное утро по площади в ожидании митинга ходили тысячи людей. Практически все работники обкома, горкома партии, многие руководители предприятий уговаривали людей разойтись. 
Присутствовавший на площади организатор митинга и лидер Движения в Карабахе Аркадий Карапетян также призывал людей разойтись. Кстати, здесь уместно упомянуть  большую роль Игоря Мурадяна и вклад бывшего председателя КГБ Армении Мариуса Юзбашяна.  Но вернемся на площадь. Мы с товарищем «засекли» объективы телекамер в окнах кабинета Ч. Исмайлова и на 3-м этаже крайне правого кабинета здания облисполкома и обратили внимание на неуклюже припаркованную у известного всем степанакертцам сквера «Пятачок» машину «скорой помощи». Мы направились в сторону вызвавшей подозрение «скорой». По дороге встретили работника КГБ Володю Чистякова и хотели кое-что выяснить у него, однако он честно признался: «Командуют парадом приехавшие из Баку». Позже, где-то в ноябре 1991 года, этого сотрудника КГБ, проработавшего в Арцахе  несколько лет, верой и правдой служившего советскому государству, азербайджанцы убили в местности Шахбулах Агдамского района, отрезав в тюркских традициях ему голову. 
При нашем приближении «скорая» съехала с места и потом вновь появилась, но уже у гостиницы «Карабах». Стало ясно - две камеры снимают площадь сверху, одна - из «скорой» - в горизонтальной плоскости. Интересно, а сколько еще скрытых камер было на площади? Со времени, когда КГБ Азербайджана возглавил Г. Алиев (июнь 1967 г.), этот аппарат  работал не столько против иностранной агентуры, для которой  всегда представлял интерес потенциал промышленного Баку, сколько против армян Карабаха, да и всего армянского населения Азербайджана и соседней Армении. Забегая вперед, отмечу - впоследствии Г. Алиев похвастался тем, что в период его руководства КГБ и ЦК Компартии Азербайджана ни один азербайджанец не был наказан за политическую деятельность или взгляды. 
... Еще не было сессии 20 февраля, после решения которой, несмотря на потуги властей Азербайджана и Горбачева, разумные люди во всем СССР не верили в призрак «экстремистов и националистов». После того, как люди разошлись с площади, я вздохнул облегченно. В тот день Бог миловал наш край и народ, теперь очень важно, чтобы и в неизбежных предстоящих трудностях Он не оставил нас. 
 
(Продолжение следует)
Ованнес ЛАЗАРЯН