[ARM]     [RUS]     [ENG]

ТРОПА БАРОНЕССЫ

К восьмидесятилетию леди  Керолайн КОКС

 Шестого июля 2017 года члену Палаты лордов Парламента Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии Каролине (Кэролайн) Энн Кокс, баронессе Кокс Куинсберийской исполнилось 80 лет. 

В этот день Президент Арцаха Бако Саакян направил поздравительное послание, в котором от имени народа, властей и от себя лично сердечно поздравил баронессу с юбилеем, пожелал мира, крепкого здоровья, успехов и всех благ - ей, ее родным и близким.

Имя баронессы Кокс, этой мужественной женщины, которая по зову сердца и требованию разума занималась и занимается до сих пор на мировом уровне проблемами защиты прав человека, хорошо известно не только в Арцахе и Армении. Выступая против насилия, она защищает права христианского населения в тех мусульманских странах, в которых они попираются. Будучи профессиональным социологом, Керолайн Кокс написала сотни статей и десятки монографий о трагических судьбах  христиан, угнетаемых чаще всего исламистами пантюркистского толка - в Судане, Эфиопии, Боснии, на Северном Кипре.

С конца восьмидесятых годов прошлого века баронесса Кокс стала активным и принципиальным защитником прав армян Арцаха, борющихся за свою свободу и независимость от пантюркистского Азербайджана. Всегда находясь рядом с армянским народом, она разделяла его  боль и страдания, всячески содействовала справедливой борьбе карабахцев.  Благодаря баронессе Кокс во многих странах узнали правду об Арцахе, получили истинную информацию об азербайджано-карабахском  конфликте.

Наверное, будет интересно узнать, особенно молодому поколению, почему вдруг эта женщина буквально после первого визита в Армению и Арцах готова была чуть ли не жизнь отдать за христианский Арцах? Почему ее активная деятельность в защиту прав арцахцев является лучшим проявлением гуманизма и достойна самой высокой оценки? В чем суть и смысл ее многолетней принципиальной и последовательной работы на благо Армении и Арцаха? Ведь узнав и полюбив Арцах в самые трагические для него дни, она осталась верной этой своей любви на всю оставшуюся жизнь.

Чтобы правильно ответить на эти вопросы информационно-аналитическое агентство «Де-факто» обратилось к хорошо известному всем нам писателю-публицисту и путешественнику Зорию Балаяну, который всегда сопровождал баронессу Кокс и ее группы в поездках по миру, с тем, чтобы он поделился с читателями некоторыми своими путевыми записками как  воспоминаниями об этой удивительной женщине. 

- Искреннее отношение баронессы к Арцаху и теплая дружба с его народом вполне закономерны, - сказал нам Зорий Балаян. - Тут ведь надо учитывать приверженность баронессы общечеловеческим ценностям гуманизма. Поэтому вполне логично, что она внесла огромный вклад в защиту армянского населения Арцаха, организовав целый ряд поездок с гуманитарной помощью для его жителей, а в период войны обеспечивала их  необходимыми медикаментами.

Закономерна и логична также ее преданность армянской культуре в целом. Она побывала примерно в сорока странах мира, где давно исторически обустроены армянские колонии с церквами, школами, политическими партиями, культурными центрами, издательствами. Я действительно всегда - и в годы войны, и после - сопровождал баронессу  Кокс и ее многочисленные команды в поездках по миру. И скажу вам так: везде у нее была одна цель, одна сверхзадача - Арцах обречен на окончательную победу. Она это  часто повторяла.

Мне много чего есть рассказать о моей сестре - именно так я ее называю с первых же дней нашего знакомства. Это случилось двадцать семь лет назад. И когда у меня спрашивают, сколько лет Керолайн Кокс, я отвечаю, не задумываясь: «Двадцать семь». Ведь именно двадцать семь лет назад Керолайн стала мне сестрой, а Карабаху - дочерью.     

В Карабахе есть холм имени Кокс. Есть лесная тропа имени Кокс. Есть созданный ею современный Реабилитационный центр, носящий ее имя. Есть вечная память о большой любви к моей сестре. Храни ее Господь!

Что ж, приступая к чтению «Карабахских записок» и дополняя их воспоминаниями Зория Балаяна, думаем, будет правильным в историческом плане, особенно для молодежи, начать знакомство с этой легендарной женщиной с краткого экскурса в недалекое прошлое, когда Советский Союз уже агонизировал, «готовясь» к своему распаду, а в Арцахе бесчинствовали банды азербайджанских омоновцев вкупе с советскими армейскими подразделениями.

…Двадцать первого мая 1991 года, на семидесятилетие Андрея Дмитриевича Сахарова, которого уже полтора года как не было с нами - он скончался 14 декабря 1989 года, в Москву на Первый международный Сахаровский конгресс съехались делегации со всех континентов. Вступительное слово произнесла Елена Боннэр, вдова академика. В Президиуме, кроме известных всему миру ученых и общественных деятелей из-за рубежа, находились и Президент СССР Михаил Горбачев с супругой.

Вечером того же дня Зорий Балаян, народный депутат СССР,  поехал к Елене Георгиевне домой на улицу Чкалова. По дороге вспоминал ее слова, сказанные в битком набитом зале. Она говорила о зверствах азербайджанских омоновцев в Арцахе, о массовых нарушениях прав человека, прежде всего - права на жизнь. Слова эти были переданы на весь мир в прямом эфире.  Но… будет ли от этого действенная  польза? - думал он по дороге. Ведь с Карабахом воюют регулярные части Советской армии  с боевыми генералами, задействовав военную технику. А это уже не что иное, как преступная политика. Которая, увы, делалась в Москве - столице Советского государства.

Поэтому, переступив порог сахаровского дома, он был твердо уверен, что пришел попрощаться с Еленой Георгиевной. Положение в Карабахе становилось критическим, и было бы грехом отсиживаться в депутатском кресле в Москве. Однако все повернулось иначе.

- Все намного сложнее, чем ты думаешь, - сказала ему Елена Георгиевна. - С завтрашнего дня пойдут заседания по секциям. Ты включен в комиссию по массовым нарушениям прав человека. Имей в виду: там признанные ученые с мировыми именами, в том числе и Нобелевские лауреаты. Комиссию возглавляет баронесса Керолайн Кокс, вице-спикер Палаты лордов британского парламента. Ты должен там выступить. Так что брось дурить и завтра с утра прямиком в Хаммеровсий центр - там будет заседать комиссия Кокс.

…Был душный, безветренный день. Комиссия леди Кокс работала на восьмом этаже. За длинным столом сидели человек двадцать из разных стран. Председатель авторитетной комиссии - женщина лет пятидесяти в легком ситцевом платье внимательно слушала всех. Это и была баронесса Кокс.

Зорий Балаян тоже выступил. Рассказал о Геташене, селах Гадрутского района, Бердадзоре. О конкретных людях, их судьбах. Описал смысл зловещей операции «Кольцо» - когда в село с четырех сторон сначала заходят танки,  потом БТР-ы и БМП, их сменяют азеровские омоновцы, а за ними, как всегда, идут мародеры…

Первый вопрос задала ему леди Кокс. Она спросила: «Где географически находится Карабах?»   

Принесли огромный лист ватмана и фломастеры. Зорий быстро и точно обрисовал контуры региона, жирно обозначив границы Карабаха. Леди Кокс спросила: «Вот вы приглашаете нас поехать в Карабах. А как представляете себе это на практике? У нас же у всех визы только до Москвы».

Зорий понял, что в принципе она с ним согласна. Все остальное - вопросы технические. Хотя и непростые. Но они были решены. Подействовали две строгие телеграммы Горбачеву. И комиссии Кокс была разрешена поездка в регион… без никаких пояснений, как конкретно это можно сделать. Тем не менее, Зорию Балаяну удалось организовать первый, ставший уже историей, визит леди Кокс в «регион». Вот как это было.

Телеграмма Горбачева была правительственной - красного цвета. Серьезный документ. Зорий Балаян позвонил руководителю ВИП аэропорта "Внуково", представился народным депутатом СССР. Озвучил по телефону текст телеграммы Горбачева. А из постпредства Армении в Москве срочно подогнали к гостинице «Россия» автобус. Кокс молча наблюдала за не очень понятным ей процессом. Лишь один раз сказала, привычно улыбаясь: «Ничего не понимаю. У нас нет даже билетов…» 

В аэропорту Внуково ужас, что творилось. Нет ни одного билета. А нужно хотя бы двенадцать. Связались с шефом ереванской авиации Дмитрием Атбашьяном. Он успокоил: «Что-нибудь придумаем». Но когда поднялись по трапу в первый салон громадного Ил-86, было уже ясно, что все триста мест заняты. По трансляционному телефону Зорий Балаян обратился к пассажирам. Рассказал о ситуации. Объяснил, кто гости, с какой целью летят в Ереван. Не успел он завершить свое слово, как вдруг все пассажиры вмиг встали на ноги. И стар, и млад. Переводчики переводили гостям все то, что происходило на борту. Кокс широко улыбалась, не скрывая слез.             

В три часа ночи приземлились в Ереване, и уже в шесть утра одна часть группы, не завтракая, отправилась в Горисский район, где находились беженцы из Бердадзора, а другая часть - в Воскепар, где неделю назад азерская банда в упор расстреляла целое отделение армянских милиционеров.

Поздним вечером следующего дня леди Кокс собрала в гостинице «Раздан» всю группу и предложила обратиться к Муталибову, чтобы комиссии разрешили полететь в Баку. В ответ помощник первого секретаря ЦК Компартии Азербайджана ответил по аппарату ВЧ, что никто никогда не приедет в Баку через Ереван. В тот же вечер Керолайн настоятельно попросила, чтобы Зорий вновь организовал ей поездку в Горис, оттуда - к границе Лачинского района. Там баронесса вместе с пятью смельчаками из ее группы, привязав к палке белую тряпку, перешла границу и направилась к Лачину. Через несколько часов они попали в руки советских солдат и азербайджанских омоновцев. Вот там и тогда Кокс окончательно поняла и осознала, что уже на том этапе, по сути, давно начавшейся войны никакие примирения невозможны. Баронесса Кокс убедилась и в том, что ситуация, в которой оказались армяне, ни с чем и ни с кем сравнить нельзя. 

Утром 28 мая 1991 года  для Кокс  была организована большая пресс-конференция в Москве. А до нее - встреча с министром обороны СССР Дмитрием Язовым и председателем 

Верховного Совета СССР Анатолием Лукьяновым.  Встречи эти окончательно убедили Керолайн, что Карабах - жертва политиканства. Вскоре она в многочисленных документах поведала всему миру о том, что такое Арцах и что происходит на самом деле в этом крохотном христианском уголке. С этого дня имя второго спикера палаты лордов Великобритании стало известно всей Армении, всему Спюрку.

 

***

… С каждым днем в Арцахе и Шаумянском районе становилось все критичнее и трагичнее. По сути, шла всамделишная война. Горели Бузлух, Эркедж, Манашид, обстреливались Гюлистан, Вериншен, Армянские Борисы и другие населенные пункты. Азербайджанские омоновцы под прикрытием внутренних войск врывались в села Гадрутского района и бесчинствовали. Зорий направил «факс» в Лондон. Очень скоро представители Англии, США, Японии, Норвегии и Швейцарии вылетели в Баку. Никто не мог заподозрить комиссию Сахаровского конгресса в субъективизме. 

Комиссию приняли Муталибов и Поляничко. Не жалея черных красок, они все свои преступления пытались свалить на армян. Группе Кокс запретили лететь в Шаумянский район, якобы беспокоясь за их жизнь. Тем не менее, когда группа прилетела в Ереван и тотчас же на вертолете отправилась в Степанакерт, Керолайн Кокс ухитрилась побывать в Шуши, в Бердадзоре, в Гадрутском районе. А после поездки вновь встретилась в Москве с Язовым и Лукьяновым, своими уже «старыми» знакомыми. Через неделю в Палате лордов она рассказала о кошмарах Карабаха. 

 

***

…На четвертое января 1992 года была назначена первая сессия свежеизбранного в Карабахе парламента. Накануне Зорий Балаян, тогда уже народный депутат ВС НКР, вылетел в Ереван, чтобы встретить группу Кокс с очередным гуманитарным грузом. Третьего января битком набитый Ми-8 поднялся в воздух. Летели как в молоке - погода оставляла желать лучшего. Вынужденно вертолет приземлился в селе Верин Оратаг Мартакертского района. В сельсовете сказали, что транспорта нет. Выход был один: загрузить гуманитарный груз на лафет с трактором и пешком отправиться по заснеженной дороге, через перевал к знаменитому селу Ванк  и дальше до столицы Карабаха уже на чем-нибудь.  Через два километра трактор сломался. А предстояло пройти еще десять. Как группа добиралась до Ванка - рассказ отдельный. И поучительный. В нем очень даже точно вырисовывается образ леди Кокс как женщины не только инициативной и решительной, но, главное, действенной, даже дерзновеннной. А дело было так. 

Кокс непременно должна была выступить от имени Палаты лордов Великобритании на первом заседании первого в истории Арцаха избранного народом парламента… Но даже ради нее нельзя было откладывать сессию. А погода нелетная. Село Верин Оратаг - конечный пункт прибытия, и в Степанакерт они могли добраться, только преодолев перевал. В мороз. В группе - депутаты Государственной и Московской Дум, журналисты из Армении, России, из-за рубежа. Выдержат ли? 

Когда Керолайн узнала, что сессию переносить нельзя, она молча поднялась по трапу вертолета. Достала свой рюкзак, подошла к Зорию и тихо спросила: «В каком направлении Степанакерт?» Он ответил, что тут дело не в направлении, а в том, что между Верин Оратагом и Степанакертом - огромная гора, на которой стоит храм Гандзасар. Показал рукой на гору.

Ничего не сказав, леди Кокс на ночь глядя отправилась в путь. И, конечно, тотчас же вся группа пошла за ней. К полуночи перевалили за вершину. Дождались всех. На вершине группу встретила целая толпа из села Ванк - постарался сельсовет Верин Оратага. К утру прибыл большой грузовик - это уже постарался Зорий Балаян. К первому заседанию первого парламента Арцаха они успели. 

 

***

…Каждый свой приезд в Арцах леди Кокс встречалась с командиром Мартунинского оборонительного района Монте Мелконяном. Аво - так его звали в Арцахе. Первая встреча Кокс и Аво состоялась в июне 1992 года. В то время Аво мало кто знал. Еще и потому, что было принято решение особо не афишировать его имя - ведь уже в азербайджанских средствах массовой информации пошли разговоры о том, что со всех пяти континентов планеты в Карабах стекаются добровольцы так называемого «Армянского экспедиционного корпуса».

Поэтому ее предупредили: снимать на камеру Монте Мелконяна можно, но лучше не показывать нигде эти кадры. Кокс согласилась - она вообще человек дисциплинированный. Дала слово. Но после встречи, уже на обратной дороге, Кокс все-таки не удержалась, начав разговор с Зорием.

- Вы все неправильно решили, - сказала она. - Монте нельзя прятать от мира. Я, конечно, дала слово и сдержу его. Но это неправильно. Ведь то, что говорил мне Монте, грех не рассказать людям. Сколько в его расссказах здравого смысла, логики. Очень интересны его философские взгляды. Я ему говорю: многие, наверное, удивляются тому, что он оставил свой дом в Америке и приехал сюда, где ежедневно убивают. А он мне отвечает, что удивляться надо не тому, что он приехал, а тому, что не все едут. Ибо это не просто война, и не простая война. Ведь весь мир, словно сговорившись, поносит на чем свет стоит бедных карабахцев. И за что? За то, что они не хотят умирать? За то, что борятся за свою свободу - поступают в создавшейся ситуации так, как подобает поступать любому народу. Они такие, какими их создал Господь. Правда на их стороне. И я считаю, что надо обязательно разрешить рассказать хотя бы о философии Монте.

Зорий пообещал леди Кокс, что обязательно согласует этот вопрос с руководством Карабахского движения. Это - тоже дисциплина, которую нарушать нельзя. Переговорив с Сержем Саргсяном, который в то время возглавлял Минобороны Арцаха, Зорий уже на следующий день сообщил ей, что предложение ее принято как вполне справедливое. И вскоре весь мир узнал о национальном герое Арцаха Монте (Аво) Мелконяне, ставшем настоящей легендой.

 

***

…Каждый раз баронессу сопровождала новая команда. В годы войны чаще всего это были медики, саперы, политики, журналисты и другие - все из разных стран. И с каждым визитом росло число наших друзей. В декабре 1992 года в команде Кокс оказался лорд Мэлком Пирсон с дочерью. Неделю он жил, находясь практически под нескончаемым огнем. Спокойный. Во время беседы улыбчивый. Поражался больше всего тому, что мир молчит, хотя все великие державы знали, что творится в Карабахе. Свои записи в блокноте Мэлком назвал своеобразным бикфордовым шнуром. На первом после визита в Арцах заседании Палаты лордов Мэлком Пирсон просто поджег свой «бикфордов шнур». Он подробно рассказал обо всем, что видел собственными глазами, и показал собственные снимки трофейного орудия, изготовленного в европейских странах и больше всего в Турции.

Через день после своего выступления лорд Пирсон получил ультиматум из Турции. Оказывается, у этого мужественного, принципиального и мудрого шотландца были там партнеры по совместному страховому бизнесу. Ультиматум просто-таки суровый: «Или отказываешься публично от своих слов, или - разрываем контракт». Последнее означало потерю более четырех миллионов фунтов стерлингов. И Пирсон ответил с высокой трибуны Палаты лордов: «Для меня жизнь одного ребенка, в данном случае карабахского, дороже всех денег». 

 

P.S. 

- Рассказывать о Керолайн Кокс и ее визитах в Карабах можно очень долго, - сказал нам Зорий Балаян, когда мы, собрав материал, уже прощались. - Просто… газетной площади не хватит. Но один  неполный мой рассказ все-таки попрошу поместить в ваш обзор обязательно. Смысл его в простой формуле, которую я всегда привожу в подобных случаях: цена любви - любовь.

…Весной 1994 года Кокс в очередной раз посетила Арцах. На сей раз привезла с собой целую группу специалистов по разминированию. Ей стало известно, что на освобожденных территориях то и дело взрываются на минах крестьяне, машины и даже коровы. И Кокс пригласила специалистов по разминированию, которые прославились тем, что спасли тысячи и тысячи жизней во Вьетнаме, Камбодже, Лаосе. 

И вот вместе с ними  и моим поистине фронтовым другом и бессменным командиром отряда вертолетчиков Сергеем Ванцяном и легендарным хирургом Валерием Марутяном мы из Еревана летим в Степанакерт. Погода подходящая. Лётная. Однако приземлились мы на вершине горы, откуда открывалась волшебная панорама Арцаха. Ни сама баронесса, ни ее новая команда не знали, чего ради приземлился вертолет именно тут, на вершине горы. Дело же было в том, что на этой самой вершине горы, в том самом месте, откуда  зимой 1992 года Кокс совершила свой легендарный пеший поход в сторону Степанакерта, накануне был установлен  базальтовый камень с надписью на трех языках: «Тропа Кокс». Когда спустились с вертолета, вдруг кто-то из гостей громко прокричал на все голубое небо:  "Тропа Кокс!". Все бросились к нему. Последней подошла Керолайн, ничего не понимая. Через минуту я увидел, какое у нее счастливое лицо. Долго стояла она молча у камня с ее именем. Перевела взгляд на меня. Широко улыбнулась. И бросилась всех обнимать…

Мы стрельнули в гандзасарское небо шампанским. Поздравляли второго спикера Палаты лордов Великобритании, которая, не скрывая радости, громко сказала: «Я безмерно счастлива, что на земле у меня есть своя тропа».

 Такова дорогая моему сердцу сестра. Такова баронесса Кокс, которую незабвенный Андрей Сахаров называл женщиной Мира. Храни ее Господь!

ИА «ДЕ-ФАКТО»