Logo
Print this page

БЕЗЗАБОТНАЯ ЮНОСТЬ

Абраам КИСИБЕКЯН

  (Продолжение. Начало в №№ с 5 по 13)

 (Фрагменты из книги “Воспоминания” Абраама Кисибекяна)

Лучшими учебными заведениями Шуши считались  мужская Епархиальная школа, Реальное училище и девичья   - русская и армянская школы Мариамян. И эти две мужские, и эти две девичьи школы были по положению совершенно разными, противоположными друг другу.

 Подобно Епархиальной школе и Реальному училищу, противоположными друг другу были еще русская и армянская девичьи школы. Епархиальная и армянская школы Мариамян прилегали друг к другу и находились в близких отношениях друг с другом, а Реальное училище и русская школа Мариамян –  друг с другом.

Например, если ученики Епархиальной школы организовывали какое-то представление, утренник или торжество, в них непременно участвовали также ученицы старших классов армянской школы Мариамян. Так же помогали друг другу и ученики и ученицы Реального училища и русской школы Мариамян. Сестры абсолютного большинства обучающихся в Епархиальной школе учеников учились в армянской школе Мариамян, а сестры большинства юношей, обучающихся в Реальном училище, посещали русскую школу Мариамян. 85-90% учащихся этих двух русских школ составляли армянские дети.

Учащиеся этих двух армянских школ – по своему поведению, традициям, образу жизни, условиям быта совершенно отличались от учеников этих двух русских школ.

Учащиеся русских школ чувствовали себя более свободно, были более дерзкими в обществе, чем ученики армянских школ. Учащиеся Реального училища на каждом торжестве, вечере или утреннике в своей школе, как и ученицы русской школы Мариамян, без всякого  стеснения, свободно разгуливали в зале или коридорах, взявшись за руки, танцевали вместе, считая это обычным явлением. А ученики и ученицы Епархиальной и армянской школы Мариамян, очень стеснялись и друг друга, и своего окружения, будучи отчасти в подавленном состоянии, избегали друг друга, а о том, чтобы потанцевать вместе, не могло быть и речи.

Ученика русской школы готовили к жизни, его антиподом был ученик армянской школы, он замыкался в своей среде, был погружен в свои мысли, его лицо не отражало беззаботную юность, словно на него был возложен какой-то таинственный груз, и ему  было суждено решать все запутанные и сложные проблемы мира. Учащиеся Реального училища жили проблемами дня, а их сверстники из Епархиальной школы больше всего были увлечены романтикой, недоступными для них и несоответствующими их возрасту идеями, и, казалось бы, они были поглощены какими-то таинственными, труднейшими вопросами, решение которых зависело именно от них. Все это следует считать результатом их среды обитания, образа жизни, воспитания и разнообразных социальных условий.

Очень близкие, задушевные отношения  существовали между детьми  мужской и девичьей армянских школ, также, как и между детьми мужской и девичьей русских школ. Между юными существами обоих полов возникали чувства взаимной любви.

Почти у каждого ученика Епархиальной школы была своя возлюбленная из школы Мариамян, как и у каждого юноши из Реального училища – своя подруга из русской школы Мариамян.

На улице Лорис-Меликова находились русская и армянская девичьи школы и Епархиальная школа.

По окончании занятий эта улица заполнялась юношами и девушками разных возрастов. Здесь юные создания, смешавшись друг с другом, пользовались этим обстоятельством, чтобы увидеться. Огромная улица отчасти служила местом  для «встречи» юношей и девушек.

Когда занятия заканчивались, мы собирались толпой у главного входа Епархиальной школы и ожидали потока девушек, приближающихся  с верхнего конца улицы. Разноцветные головные уборы и одежда девушек слепила нам глаза. Каждый из нас, вперив взгляд в море толпы, искал глазами свою «цыпочку». У каждого юноши из Епархиальной школы и Реального училища была своя «цыпа». Слово «цыпочка» было в то время  обычным выражением среди ученичества, что означало «возлюбленная».

Товарищ Григор Асрян в посланной им из Эчмиадзина своей  открытке от 22 апреля 1913 г. писал: «Говорят, что у каждого ученика Епархиальной школы есть своя возлюбленная, своя симпатия из школы Мариамян».

Вот беззаботные и сладостные дни юности нашего времени, которые ушли безвозвратно. Сегодня, вспоминая это славное прошлое, помня  Епархиальную школу с ее величайшими достоинствами, лучшими традициями, мы с огорчением и опечаленной душой говорим: «Честь и слава  твоим пройденным и проведенным дням,  несчастная, разрушенная колыбель моего детства, юности и молодости».

(Продолжение следует)  

 

 

Կայք էջից օգտվելու դեպքում ակտիվ հղումը պարտադիրէ © ARTSAKH TERT. Հեղինակային իրավունքները պաշտպանված են.